КОГНИТИВИСТИдейное ядро²Хвост ящерки. Метафизика метафоры.Часть 6. Метафизика метафоры
Суть вещей
Прологи: наука о сознании становится точной
Хвост ящерки. Метафизика метафоры.
Манифест когнитивиста
.
Узелки на распутку
.
Прологи
.
Степенные законы, распределения Парето и закон Зипфа
.
Когнитивный уровень
.
Мерцающие зоны
.
Органическая логика: резюме
Карта органической логики
.
Хвост ящерки. Метафизика метафоры.
Опус 1/F
.
Anschauung, научный метод Гёте
.
Закон серийности Пауля Каммерера
.
Ранние признаки критических переходов
.
Слабые сигналы
.
Меметика
.
Системный анализ и чувствительные точки
.
Спиральная динамика
.
6.4 Суть вещей
 
Мы утверждаем, что гештальт вещи, который может быть осознан в те мгновения, когда наше внимание, настроившись на него, парит над концептуальными пространствами, предоставляет самое глубокое, первичное знание вещи, открывает её суть.
В целом, имеется два противоположных представления о том, что является возможным пределом наших знаний о тех или иных вещах или явлениях. Материалистическая позиция заключается в утверждении, что знания – это бесконечно накапливающаяся совокупность данных о вещах и никакого предела нет, а значит, для человека невозможно постигнуть какую-то "суть" вещи - её просто не существует. Напротив, идеалистическая позиция утверждает, что у каждой вещи или явления в мире имеется своя суть, идея, которая при определённых условиях может открыться человеку. Кстати, само название этого рода философии, идеализм, произошло от слова "идея" именно в таком, фундаментальном смысле. Только в 20-м веке, столетии победившего материализма, идеалистами стали называть наивных, безнадежных романтиков, увлечённый какой-то глупой идеей.
Спор между материалистами и идеалистами бесконечен и неразрешим интеллектуально. В некоторой степени, за каждым родом философии стоит своя эстетика и стиль, поэтому выбор философии во многом определяется личным чувством вкуса. Для материалиста мир – результат "самоорганизации" материи, результат развития снизу вверх, для идеалиста мир является продуктом действия организующих сил, находящихся вне самой материи, то есть, результат развития сверху вниз. Мир материалиста – случайная зыбь на поверхности воды, мир идеалиста – произведение искусства, каждая деталь которого наполнена смыслом.
Наше исследование метафоры – идеалистическое, а идеализм подразумевает, что у каждой вещи есть своя суть и смысл. Но если так, какими средствами может её постичь человек? – вот вполне практический вопрос, и он всегда был в центре внимания идеалистов. Разные школы идеализма давали разные ответы.
Главной фигурой идеалистической традиции по праву считается Платон, и мы не случайно на протяжении всего исследования часто обращались к его мыслям. Он считал, что у всех явлений и вещей есть первообраз, идея, которая может быть постигнута только разумом. Вся совокупность идей-первообразов обитает в особой высшей сфере реальности, так что проникновенный ум, постигая первичные идеи вещей, должен совершить в неё экскурс. При этом Платон считал, что эта сфера приближена к божественному уровню реальности, и в неё невозможно проникнуть с помощью обычных органов чувств, которым открыт только низший, материальный уровень мира. В качестве примера умозрения, ведущего к познанию вечных и истинных идей, Платон приводил математику.
Если суть вещей открыта только разуму, то изучая законы разума, мы прикасаемся к самой сути вещей. То есть, суть вещей рациональна и может быть постигнута рациональным умом - вот мысль, которая вдохновляла западную философию и науку со времен Аристотеля. Именно он первый ясно сформулировал принципы рациональной логики и назначил её главным средством познания мира – теперь этот подход называется рационализмом.
Вера в познающую силу разума очень много дала западной цивилизации, в этом безусловная заслуга рационализма. Но его вечная ахиллесова пята - подмена собственно познаваемой вещи интеллектуальным представлением о ней. К началу 19-го века, когда наука представляла собой уже развитую и сильную концептуальную структуру, настоящий оплот логики и рационализма, соблазн для таких подмен стал весьма велик.
Первый предупреждающий голос принадлежал Гёте. Он был выдающимся исследователем-практиком, который установил задачей своего исследовательского метода постижение первообразов вещей, он называл их прафеноменами. Особенность его подхода заключалась в том, что будучи вполне идеалистическим, он в то же время не был рационалистическим – Гёте совершенно пересмотрел роль разума, логики и анализа. Вместо того, что считать рациональный ум средством постижения истин, он поставил его в положение механизма, только обслуживающего, оформляющего знания. На первое место Гёте поставил непосредственное восприятие, созерцание и воображение. Этот подход теперь именуется интуитивизмом.
Но сам он называл свой метод познания "бережным эмпиризмом", то есть, чутким, внимательным наблюдением вещей и природы в их естественном состоянии, вживую, не навязывая мертвых интеллектуальных схем. Суть его метода заключалась в том, чтобы сначала добиваться восприятия отдельных гештальтов вещи - как бы мгновенных целостных слепков с неё – а затем, посредством особого рода воображения, получать из ряда гештальтов синтетическое и динамическое осознание первичного феномена, прафеномена, лежащего за вещью и всеми её проявлениями. Поиск прафеномена – это конечная цель исследовательского метода Гёте, поскольку именно он содержит суть вещи, её высшую Идею - хотя в отличие от идей Платона, которые утверждалась как вечные и неизменные, наподобие Идеи квадрата, Гёте считал прафеномены динамическими, текучими, живыми.
Важнейшая заслуга Гёте перед идеализмом состоит в том, что он указал на то, что прафеномен или суть вещи может быть настолько тонкой и текучей, что почти не поддаётся выражению словами. Так он разорвал порочное отождествление Идей и их словесных обозначений, которое долго содержало идеализм в тупике. Кроме того, Гёте избавил идеализм от презрения к непосредственному чувственному опыту, и поставил его в начале всякого познания.
К сожалению, метод Гёте остался на обочине западной философской мысли (сам Гёте не считал себя философом), хотя он не только обогатил науку важными результатами, но даже дал начало нескольким новым научным направлениям. Действительно громкое возвращение интуитивизма в западную философию связано с именем Анри Бергсона, французского философа начала 20-го века, нобелевского лауреата. Он утверждал, что рациональность и рассудок - недостаточный инструмент познания мира, что лишь интуиция способна открывать нам истинную суть вещей, которая невыразима словами и поэтому не может открываться рассудку. Так Бергсон продолжил дело Гёте: он вовсе разорвал связь между словесным обозначением вещи и её истинной сутью. Суть вещей невыразима словами, она доступна только через интуитивное переживание и лишь с потерями может быть транслирована на словесный язык разума.
Итак, идеализм утверждает существование Идей, познание которых позволяет проникнуть в суть вещей, получить исчерпывающее и полное их знание. Но две традиции, рационализм и интуитивизм, разнятся в важных деталях:
Непосредственные восприятия мира органами чувств с точки зрения рационализма только поставляют исходное сырье для разума. В интуитивизме непосредственное восприятие – это незаменимый канал, по которому мы можем проникнуть в суть вещи, слиться с нею, и тем самым получить её полное знание.
Рациональный ум, интеллект в рационализме служит высшей инстанцией, которая единственная может выделить суть вещей среди шелухи её частных и второстепенных проявлений. В интуитивизме интеллект считается подсобным, вспомогательным средством, которое служит для закрепления и коммуникации знаний.
Воображение в рационализме – не нужная функция сознания, которая только мешает ясной работе ума. В интуитивизме воображение – важное средство познания, поскольку обладает способностью к синтезу, а значит, помогает получать целостные, сущностные знания вещей.
Суть вещей в рационализме передается их логическим описанием, перечислением неизменных свойств, отнесением к той или иной категории. В интуитивизме суть вещей невыразима словами, она динамична и текуча и может переживаться, но не фиксироваться рационально.
Пролить новый свет на спор рационалистов и интуитивистов может понятие гештальта и представление о двух базовых типах сдвигов внимания в процессе восприятия и мышления.
С нашей точки зрения, рациональное мышление – это движение внимания строго в пределах одной концептуальной структуры, при этом внимание изменяет свою настройку. Напротив, интуитивное восприятие больше соответствует движению внимания между различными концептуальными пространствами с сохранением гештальта. Однако, никакое нормальное мышление или восприятие не может совершенно обходиться только сдвигами внимания одного типа. Так что в реальности и восприятие и мышление задействуют оба типа динамики внимания. Иными словами,  восприятие и мышление подчиняются совершенно одинаковым закономерностям, по сути, являясь одной и той же работой сознания . Этот вывод неизбежно следует из наблюдений, которые первыми стали проводить гештальтисты. Как писал ученик Вертгеймера Рудольф Арнхейм:
В настоящее время можно утверждать, что на обоих уровнях — перцептивном и интеллектуальном — действуют одни и те же механизмы.
Далее, суть вещей как целостных, связных и организованных явлений реальности заключена в их гештальте.  Осознание гештальта вещи – это осознание её Идеи, прафеномена . Но гештальт – это не нечто досягаемое только в глубоких медитациях, это просто настройка внимания. Как таковая она является обязательным атрибутом как интеллектуального мышления, так и интуитивного восприятия. Таким образом, ни интеллекту ни интуиции невозможно приписывать эксклюзивное право на доступ к сути вещей. Скорее, они просто по-разному с нею обращаются. Интеллект стремится к созданию списка универсальных свойств вещи, интуиция извлекает практически ценные идеи, которые могут быть полезны здесь и сейчас.
Итак, наше внимание изначально обладает способностью фокусироваться на сути вещей, их сущности. Как сказал об этом Арнхейм:
Человеческий взгляд — это внезапное проникновение в сущность.
Нам довольно одного короткого взгляда, чтобы непосредственно увидеть сущность этой геометрической фигуры, воспринять "идею квадратности", которая в ней содержится:
Далее, поддавшись зову интеллекта, мы можем начать дробить квадрат на части, описывать формулами и словами свойственное ему соотношение сторон, диагоналей, углов и т.д. - но всё это будет только  заведомо неполным переложением на язык слов и символов его сущности, которая дана нам в восприятии немедленно, непосредственно .
Суть вещей открыта нам прямо, и это именно то, на что фокусируется наше внимание даже без всякого сознательного усилия. Суть вещей, их Идеи, прообразы, смысл, высшее и конечное назначение, цель существования – всё это не скрыто от нас в какой-то высшей и труднодоступной сфере, как думал Платон, это всё лежит прямо перед нами. Но правы те, кто говорит, что лучший способ спрятать - положить на самом видном месте. Или, как сказал Гёте:
Нет ничего труднее, чем брать вещи такими, каковы они суть на самом деле.
Это трудно, во-первых потому, что для ясного восприятия гештальта вещи, нужно погрузиться в гештальт-модальность, а для людей, привыкших через каждую треть секунды подключать структурное рациональное мышление, это непростое дело.
Во-вторых, чтобы сфокусировать внимание на тонких гештальтах, не таких простых как гештальт квадрата, необходим развитый когнитивный словарь - а для его развития нужна большая познавательная, интеллектуальная работа и обширный опыт.
Наконец, мы склонны считать полным знанием вещи её исчерпывающее структурное, рациональное описание, как в случае математических описаний свойств квадрата, а гештальтная суть вещей скорее предстает перед нами как целостное переживание, а не набор формул и инструкций. В результате прямое восприятие сущности вещи отвергается нашим умом как бесполезное, и мы начинаем анализировать её, расчленять на части, одновременно уходя от её сущности.
Однако, это не значит, что наша способность непосредственно видеть суть вещей бесполезна. Парадокс в том, что, напротив,  суть вещи предельно конкретна и утилитарна . Она не абстрактна, как список математических свойств квадрата, а раскрывается в зависимости от конкретного текущего контекста (гештальт, напомню – организующая сила, которая охватывает одновременно и вещь и её полный контекст). Когда перед нами стоит конкретный практически значимый вопрос или задача, прямое восприятие сути вещей позволяет скорее обнаружить практический ответ, найти утилитарное решение, а не получить множество абстрактной и иррелевантной "справочной" информации о вещи самой по себе. Например, в одном контексте знание сути квадрата может вызвать идею равенства его сторон, в другом – привести к осознанию его способности без промежутков заполнять плоскость своими дубликатами:
Но это всего лишь два частных раскрытия сути квадрата, и потенциально их может быть бесконечное количество.
Наконец, последняя особенность восприятия сути вещей, о которой часто говорят одарённые люди – её самоочевидность. Когда наше сознание прикасается к сущности вещи и благодаря этому мы вдруг замечаем некоторое её новое свойство, нам не требуется доказательств и у нас нет сомнений - мы просто знаем, что вещь обладает таким свойством. Звучит странно, но взгляните на квадрат: мы просто знаем, что это квадрат, у которого все углы прямые, и этот факт не вызывает никаких сомнений, он не требует никаких интеллектуальных доказательств. Или пример из другой области: прикасаясь к сути коррупции в России, мы просто знаем, что для борьбы с нею лучше было бы пропагандировать не поимку высокопоставленных взяточников, как это делается сегодня, а наоборот, показывать людям печальные судьбы мелких мздоимцев. И эта идея - не результат интеллектуального размышления над абстрактными свойствами коррупции, а прямой результат настройки внимания на гештальт этого явления, на его сущность.
Роман Уфимцев
Ваш комментарий
image Поля, отмеченные звездочкой, нужно обязательно заполнить
Заголовок комментария:
image Текст комментария: (не более 2000 символов, HTML-разметка удаляется)
image Ваше имя:
Ваш E-mail:
image Сколько будет дважды два? (ответьте цифрой, это проверка от спам-рассылок)
Отправить комментарий
Главные темы
Внимание (8)Геогештальт (1)Гештальт (16)Динамика внимания (5)Инсайт (5)Интуиция (2)Кибернетика (5)Когнитивное управление (6)Когнитивный анализ (4)Когнитивный словарь (5)Культура наблюдения (5)Мерцающие зоны (7)Метафизика (3)Метафора (13)Механизмы восприятия (15)Мифы и парадигмы (7)Органическая логика (5)Прогнозирование (6)Роль языка (4)Симметрии (5)Синхронизмы (5)Сложные системы (10)Степенной закон (8)Творческое мышление (5)Три уровня систем (4)Управление знаниями (3)Фазы развития (7)Фракталы (18)Цветные шумы (9)
КОГНИТИВИСТ: когнитивные методы и технологии © Роман Уфимцев, при поддержке Ателье ER